В разных школах и подходах существуют разные методики решения этой проблемы, но на мой взгляд, можно принять такой базовый подход, что, поскольку есть непрерывная нить нашего существования – это единственное, в чем можно быть уверенным – и весь опыт нашего бытия где-то записывается (на ДНК, в пространстве, в памяти) , возможно действовать на произвольно выбранный участок этой нити, при этом оказывая влияние на все её звенья. Если бы это было не так, то воздействовать было бы невозможно, т.е. можно было бы воздействовать лишь на то, что происходит сейчас, применяя только условно-рефлекторные или поведенческие методы работы. А все аналитические подходы, ребефинг, гипноз и т.д. невозможно было бы использовать, потому что не было бы связи. Поскольку она есть, то мы можем выбирать то, что нам ближе, то, чему мы обучены. Например, в классической психопатологии, берется период раннего детства и оттуда все разворачивается, анализируется…
А можно залезть туда, где наша память уже не поможет. Например, можно анализировать предродовую ситуацию (методом холотропного дыхания). А можно заниматься последующими отрезками: визуализировать картины желаемого будущего. Человеку говорится: ты находишься на грани смерти, перед тобой сейчас твои родственники, друзья, близкие и ты им рассказываешь о своей жизни. Рассказывая, человек приближает желаемые события к тому результату, к которому он хочет подойти. Хотя, строго говоря, это фантазия.
При гипнозе можно поместить человека и в будущее. Сказать: тебе 80 лет, и человек вдруг валится и не двигается, это значит не дожил. А если доживет, и есть об этом внутреннее знание (генетическое), тогда он начинает ходить, имитируя дряхлую походку, шепелявить и т.д. В каком-то смысле такие опыты можно назвать гаданием, различие довольно тонкое.
…главный принцип медицинской традиции (Гиппократ: « не навреди»). Лечи, пытайся помочь, но если не навредишь — уже хорошо. В христианской традиции принцип «сохрани» (душу). Есть, конечно, сверхзадачи – душу спасти уже при жизни (идеал святости). Но сохранить душу очень актуально сейчас, когда все говорят об упадке культуры, имитации цивилизацией самой себя, клонировании и т.д. Можно по-разному к этому относиться. У человека есть желание познать себя. Человек может пойти путем научного прогресса: смоделирует сам себя и увидит, что дальше пути нет – можно возвращаться. А можно сразу идти путем духовного поиска.
Хотя в определенных состояниях сознания такая постановка вопроса теряет смысл: я во всем и все во мне, переживается отсутствие времени, а значит и отсутствие причины. А значит все зависит от угла зрения. То есть мы одновременно и обречены и не обречены.
Есть комплекс: что обо мне подумают люди.
С одной стороны он является сдерживающим, а с другой – стимулирующим, или мотивирующим. Если он не мотивирует, наверное, это невротический комплекс (уровень невроза). Невротик прекрасно осознает все свои комплексы и проблемы, но, видя границу, не может сквозь нее пройти. Человек, который видит границу, воспринимает ее как вызов, начинает преодолевать ее – это не невротик. Если взять пошире, то это происходит от того, что мы все чувствуем некую неполноту. Можно это описывать по-разному, например, я вижу перед собой возможность карьеры. То есть есть некий образ идеала, но я ему не соответствую, вижу его как потенциальный. И поэтому я заглядываю в будущее, потому что будущее и должно раскрыть этот потенциал. Очень интересно, есть ли там негатив, ведь когда-то он начнет разворачиваться, есть ли какие-то программы, которые я в себе не осознаю, которые ведут меня к гибели. Пока все хорошо, нам кажется, что мы вечны, а когда человеку поставили диагноз, после которого ему осталось жить немного, тогда идут переоценки. Поэтому такое беспокойство о будущем: прогнозы, гадания. При творческом отношении к этому меняется стратегия жизни и люди пытаются наметить шаги, построить планы. Чаще человек начинает переосмысливать жизнь только в критических ситуациях.
Должен быть довольно высокий уровень самосознания, чтобы без особых побудительных (какое слово чудесное!) причин начал менять свою жизнь. Жил бы в комфорте и благодати, но спохватывался бы и говорил: что-то подозрительно хорошо. Если бы люди спохватывались, тогда бы не надо было посылать человеку экстремальных ситуаций. Испытания посылаются от любви к человеку, чтобы его немного встряхнуть.
Если считать, что мы просто программа, тогда все вопросы к программисту. В том-то и беда, что наука сейчас пытается доказать, что все-все есть программа. Единственное, что может не касаться программы – это та метапозиция по отношению к этой программе, то вопрошающее, которое внутри нас спрашивает: «а кто есть я», и которое видит программу от начала до конца. Очевидно, оно вне программы, к нему и вопросы.
Насчет комплексов, 1 й шаг – это выбрать для себя условный отрезок этой нити, на которую ты хочешь повоздействовать. Нить человеческой жизни, а для кого-то — судьбы; если человек уже начинает рефлексировать и осознавать, тогда уже не только судьбы, тут уже он принимает на себя ответственность и говорит: это – предназначение, а еще в более высокой степени это – миссия. Предназначение еще можно как-то игнорировать или забывать, а миссию уже никак нельзя забыть, по ней надо жить и другого выхода нет. А для большинства людей – просто судьбы, которые иногда высвечиваются какими-то яркими вехами, из этих ярких моментов складывается нечто вроде бус. Если проанализировать, что общего между этими бусинками, то можно найти основные задачи своей судьбы (метод самоанализа). Если ты видишь всю нить (прошлое и будущее — одно), неважно, на каком отрезке пути ты находишься, ты — мастер своей судьбы (но это не значит свободы от кармы).
Как действует гипноз: берется человек, берется ситуация из памяти,преобразуется через внушение, либо просто «вынимается» одна и «вставляется» другая. И от того, что в памяти теперь другая история, меняется вся жизнь. Это можно сделать и собственными силами, пр, техники «кино»,«стирания личной истории». Более жёсткий метод — «промывание мозгов», более мягкие — самоанализ, простое изменение отношения к фактам своей биографии. Включается новая система описания, а значит, мы меняем своё восприятие и критерии оценки опыта. Уничтожить то, что уже стало описанием, гораздо труднее, чем то, что ещё не стало. Опыт раннего детства, когда ребенок еще не умеет описывать мир, и просто переживает некоторый опыт, не осознавая его, взрослое сознание не помнит,хотя память сохраняется в других формах. Описания этому нет, но можно заново пережить этот опыт, например, через гипноз, и создать для него устраивающее человека описание (то есть такое, которое увеличивает степень самотождественности ). Если мы нечто осознали, мы протащили туда свет понимания и можем, если хотим, дать этому описание. И то, что было просто опытом, стало объектом нашего сознания. Только когда объект описан, мы можем его анализировать. Если описание не нравится, его можно убрать. Но оно уже состоит из каких-то конструкций, это весомая вещь и от нее уже сложно избавиться. А гипнотизер помогает вычленить нужный опыт и «вынимает» его из психического «котла», и тогда его можно рассмотреть и описать. Это похоже на общение с ребенком: иногда ребенку не надо создавать описания: он их просто не поймет – просто надо дать опыт. Ребенок восхищается тем, как взрослый может описывать мир словами, вешая ярлыки. Ребенок предчувствует, что он станет таким же, и даже не понимая описания, он радуется тому вниманию, которое ему уделяют, ему важно эмоциональное поле взаимодействия. А потребность в описаниях появляется потом.
Программу отношения к жизни ребенку могут создавать взрослые, просто описывая ему его детство, т.к. они являются для него авторитетом. Если была какая-то негативная ситуация, и она осталась в памяти ребенка, то, во избежание негативного влияния этого опыта на дальнейшую жизнь, можно описывать ее ребенку, постепенно меняя в позитивную сторону. Также можно смоделировать похожую ситуацию и сознательно дать ребенку через нее пройти, чтобы ребенок получил другой результат, желательно с позитивными комментариями, чтобы новый опыт перекрыл впечатления от старого. Еще можно проецировать этот опыт на другого человека, например, рассказать сказку про некоего мальчика, у которого был подобный опыт, как этот мальчик справился и каким потом стал замечательным. Это и будет вынесением опыта наружу. Можно игнорировать негативный опыт в том случае, когда есть традиция, когда ребенка достаточно жестко лепили по определенному образцу (воин-спартанец в Древней Греции, или в Советском Союзе — строитель коммунизма). И если идеал уже четко сформулирован, то можно действовать напролом, «лес рубим, щепки летят». Сейчас таких общепринятых идеалов не осталось. Если лепился идеал, то придавалась сверхценность некоторым свойствам, качествам. А мы сейчас не знаем, какие качества важны для дальнейшей жизни, хотя есть мирская этика, духовная этика. Те же заповеди, по которым надо бы жить, трактуются сейчас очень свободно; в некоторых странах церковь теряется — следует ли одобрять гомосексуальные браки, создание клонов, пересадку органов животных или большое количество искусственных имплантантов человеку – ведь это вмешательство в божий замысел. Заповеди для души, они не обусловлены природными потребностями в сохранении тела. Роль заповеди – не дать человеку потерять душу. Можно потерять тело, иногда это даже хорошо, когда это ради высокой цели, и сознание можно потерять, граница между безумием и психической «нормой» условна. Это все важно, но важнее не потерять душу, ибо это означает, что душа отпала от духовного источника. Хотя, утешает нас религия, в конце времен, когда наступит «воссоединение всего во всём»(апокатастазис пантон) все спасутся…
Когда создаётся идеал, отсекается все ненужное, сомнительное и некрасивое, мы наполняем его позитивной образностью, и до поры до времени он помогает нам развиваться, мотивирует и вдохновляет. Но на каком-то уровне уже нельзя говорить об идеале, потому что тогда самоописание становится односторонним. Идеал становится внешним, неполным по отношению к себе как таковому. Когда мы говорим об Изначальном, мы можем пользоваться только негативными описаниями, негативными терминами: непроявленный аспект бога, абсолют, нирвана, ничто, не это. Там никакого идеала нет, и «я» там тоже нет. Об идеале мы говорим тогда, когда имеем в виду индивидуализацию, пусть до уровня души. На уровне «я» — там уже не понятно. Если достигнуть субьективно устойчивого пребывания в «я» — это уже состояние открытой двери. Но до «я» надо еще дойти: разобраться с телом, личностью, самостью, душой.
Результат деятельности проистекает из того первоначального импульса, который может быть назван потребностью на неосознанном уровне или намерением на осознанном , хотя по прошествии времени, человек может забыть о своей мотивации. Если поменять установку в самом процессе деятельности, неизвестно что произойдет. Якорь лучше забросить в самое глубокое место, которое только возможно. Тогда, с одной стороны, будет некоторая гарантия, что не провалишься, но всё же новый опыт несёт непредсказуемость. Что надо делать, чтобы духовно развиваться? Если намерение искренно — все что угодно. «Люби Бога и делай, что хочешь» — сказал св. Августин.
Наша личностная структура – это система приспособительных механизмов и защит. Она достаточно совершенна. Когда она дает сбой, у людей возникают неврозы и психозы. Если мы не хотим меняться, чувствуем себя совершенно самодостаточными в ситуации, мы укрепляемся в своих приспособительных стереотипах. А когда нечто изнутри начинает нас тормошить, личность испытывает опасения, появляются сомнения и сопротивления (защитные конструкции боятся, что они будут не нужны, эго-сознание боится, что оно будет не востребовано, когда дух полностью овладеет всем телом). Эго-сознание не мыслит себя не существующим, не мыслит себя вне привязанности к объектам, боится потерять носитель, контроль, собственную значимость. Сознание, которое не имеет носителя (не имеет объекта и инструмента реализации) бессмысленно, поэтому оно всё же тяготеет к форме. Как же быть? Когда приходит духовное влияние, эго-сознание сопротивляется, наступает период колебаний, отступлений, подсознательно эго начинает мешать, пытаясь доказать свою нужность. Человек сталкивается с препятствиями, которые он сам подсознательно и вызвал, начинает их преодолевать, забывая о высоких задачах. Успешно преодолённые трудности создают соблазн похвалить себя, тем самым вновь укрепляется эго (ведь были использованы старые стереотипы, которые доказали свою нужность!). Большая проблема в том, что, начав с ним бороться, делаешь его сильнее. Когда часто думаешь о кошмарах, они начинают становиться более реальными. Поэтому здесь нужна определенная хитрость. Хотя эго и уважает душу, но хочет, чтобы она ему служила. Душа для эго – это редкая птичка в частном зоопарке, главное — держать ее в клетке. Хочу – немного импровизации из души выпущу, могу проявить эмоции (сострадание), потом опять спрячу. Но на каком – то этапе развития это соотношение начинает меняться. Душа наполняется изнутри неудержимой светоносной субстанцией, которая начинает просачиваться во внешний мир, заполняя более грубые уровни нашей формы. То, как структурирована наша форма (телесная, психическая, личностная) будет определять, как проявится духовный опыт, обретем ли в результате новую целостность. Поэтому важно и воспитание, и образование, и дисциплина, и культура… В древних культурах внешнему уделялось большое внимание, и это гарантировало, что при прочем индивидуальном разнообразии внутреннего мира, форма будет структурирована нужным образом. При тоталитарных режимах декларировались идеи (духовного) раскрепощения человека, а на практике закреплялись параметры формы, удобной для подчинения и слепого послушания. Человек становился удобным для социума. Сталин и Гитлер учились в церковно-приходских школах, воспитывались в религиозной среде, в какие-то периоды жизни хотели стать священниками. Накапливался некий потенциал, он был замечен окружающими, а потом поменялся вектор. Когда у человека есть дар, если он начинает его использовать не в благих целях, он может сначала стать более успешным в своей деятельности. Так его ловит Князь мира сего. Это – путь деградации, хотя с виду может казаться, что это ускорение развития. Это переход на другой уровень: например, с уровня духовного творчества на план социума. Это снежный ком, катящийся вниз. Нужно замечать поворот вектора (точка бифуркации) и возвращаться назад. Это называется следить за собой. Когда накапливается недогляд за собой (смалодушничал, слукавил, «ложь во спасение»), начинается расслоение души (двуличие). На все случаи жизни есть свои оправдания,есть субличности, которые поочерёдно берут на себя руководство поступками, а себя целого нет. В крайнем, «запущенном» случае, человеку, чтобы начать развиваться, нужно сначала развалить всю личность, т.к. она уже разделена в себе, желательно произвести перемены на многих уровнях: переехать в другое место, оставить привычный круг общения, т.е. начать с нуля.
Если обратить внимание на свою историю, то точек бифуркации можно найти очень много (некоторые их называют непредсказуемыми поворотами судьбы). Первая точка – изгнание из рая, это то начало для всего человечества, которое заложено как причина всех наших бед. В религиозном сознании это надо принять каждому, это касается каждого человека. Насколько я причастен ко всему человечеству, я несу в себе отпечаток этого грехопадения. Это уровень всего человечества как единого целого. Через покаяние это возможно проработать. Также мы должны брать на себя ответственность за грехи своих родственников и детей. В буддизме обет бодхисаттв заключается в том, что они не уходят из мира до тех пор, пока не будет спасено последнее живое существо. Они не уходят в нирвану, а периодически воплощаются на земле и помогают всему живому спастись. Можно освоить одну область деятельности, стать в ней мастером, и тогда гарантированно избежать чувства одиночества, непонимания. Можно находиться в том поле коммуникации, которое тебя устраивает. С другой стороны, есть принцип: идти в сторону трудностей. В той мере, в которой ты растождествлён со своими рамками, в той мере ты и свободен на данном уровне. Можно достигнуть некоторой автономности, состояния, в котором довольно можно легко и, кажется, долго поддерживать желаемую гармонию, но на это требуется со временем всё больше усилий, и когда-то их не хватит — скатишься вниз. Странник по определению не привязан. Определенная свобода есть у шута, при дворе ему было позволено больше, чем вельможам. У профессионалов. Но как только ты хочешь перейти на качественно иной уровень, все эти преимущества сразу теряются, т.к. там другие законы и ты начинаешь практически с нуля.
Полезные методы для «смягчения» образа себя:
- участие в карнавалах
- общение с детьми
- отождествиться с животным, вжиться в этот образ. Из этого образа взаимодействовать с другими. Некоторые люди в жизни бессознательно это делают (хищники на рынке). Закрепляется, как любой поведенческий стереотип, практикой.
- чаще учиться, лучше принципиально новым вещам
- учиться всему говорить «да» вместо «нет»